Анкета «Идентификации компьютерной игровой зависимости»

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Верны ли эти утверждения?

1. Вы заранее думаете об компьютерных играх, часто вспоминаете предыдущие этапы игры, предвкушаете последующие?

2. Вы постоянно ощущаете недостаток времени, проведенного за компьютерными играми, постоянно хочется играть подольше?

3. Вам приходилось просить учителей, руководителей или родителей заменить хотя бы часть занятий компьютерными играми.

4. Вы чувствуете, что Вам не всегда удается сразу же прекратить игру.

5. Вы чувствуете себя раздраженным или усталым, если долго не играете на компьютере.

6. Обычно Вы занимаетесь компьютерными играми больше, чем планировали.

7. Были случаи, когда Вы шли на риск создать неприятности в учебе или личной жизни из-за компьютерной игры.

8. Вам приходилось обманывать родителей, педагогов, врачей или других людей, чтобы скрыть свое увлечение компьютерными играми.

9. Вам приходилось срочно закрывать окно с компьютерной игрой, когда подходили родители, учителя, друзья.

10. Считаю, что лучшие игры это 3D-экшин (Doom, Quake, Cont.Str., St.Trek Voyager и т.п.)

11. Считаю, что именно те, кто не играет в 3D-экшин и прочие такого рода игры - Ламеры.

12. У Вас дома более 3-х дисков с играми 3D-экшин, которые вы часто используете.

13. Вы не раз использовали компьютерные игры для ухода от проблем реальной жизни.

14. Вам приходилось садиться за компьютерную игру чтобы исправить себе настроение (например, чувство вины, беспомощности, раздраженности) или просто чтобы успокоиться.

Сколько утверждений здесь справедливы для Вас?

 Интерпретация результатов:

Если Вы ответили утвердительно более чем на 5 вопросов - Геймер - аддитивность для Вас свершившийся факт.

Утвердительный ответ на 3 и более вопроса - указывает, что эта проблема для Вас актуальна.

Если Вами даны 3 и более утвердительных ответа на группу вопросы 9-14: положение уже довольно серьёзное.

Диагноз, поставленный по анкете не может быть окончательным. Он обязательно требует уточнения у специалиста. И только специалист может рекомендовать способы и методы выхода из зависимости того или иного типа.
Кроме того, следует учесть, что диагностика игровой зависимости должна обязательно сопровождаться оценкой Интернет зависимостей.

Цитаты в картинках

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

ПРИТЧИ

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Мотиваторы

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Упражнения для снятия стресса

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Кто из нас не испытывал этого состояния: надо работать дальше, дел по горло, времени в обрез, а вас минуту назад расстроил или неприятное известие. Или же у вас такой "завал" работы, что вы явно не успеваете все сделать и уже начали паниковать - как вам справиться с этой ситуацией?

 

Упражнения для снятия стресса

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Кто из нас не испытывал этого состояния: надо работать дальше, дел по горло, времени в обрез, а вас минуту назад расстроил или неприятное известие. Или же у вас такой "завал" работы, что вы явно не успеваете все сделать и уже начали паниковать - как вам справиться с этой ситуацией?

 

Серия новелл про детей Херлуфа Бидструпа

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Серия новелл про детей Херлуфа Бидструпа

Альбомы с работами датчанина Херлуфа Бидструпа, одного из самых известных в мире карикатуристов, были опубликованы во многих странах и везде расходились огромными тиражами. «200 лучших работ» Бидструпа – это собрание его самых интересных юмористических историй в картинках, нарисованных в разные годы. Каждая из них – это остроумная, смешно озаглавленная карикатура на те ситуации, явления, человеческие черты и особенности характера, с которыми мы сталкиваемся ежедневно на протяжении всей жизни. В работах Бидструпа нет сарказма или злобы – он только предлагает посмотреть на вещи с иронией и посмеяться над ними и над собой. Попробуем?

Оценка готовности и адаптированности личности к педагогической деятельности

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Оценка готовности и адаптированности личности к педагогической деятельности

 

Данный опросник позволяет диагностировать качества, способствующие профессиональному личностному самоопределению преподавателя. При тестировании выбирайте номера тех вопросов, на которые вы даете положительный ответ, и записывайте их друг за другом в столбик. Ключ к данному опроснику и пример диагностирования приводятся в конце.

1. Умеете ли вы владеть собой в трудных или неприятных для вас жизненных ситуациях?
2. Засыпаете ли вы одинаково легко, ложась спать в разное время суток?
3. Вы всегда терпеливо и благожелательно слушаете ответ учащегося (студента), о котором знаете, что он все списал?
4. Любите ли вы оживленную обстановку в аудитории?
5. Охотно ли вы выступаете на собраниях, конференциях, семинарах?
6. Используете ли вы нетрадиционные методы и приемы в учебно-воспитательной работе?
7. Легко ли вы привыкаете к иному распорядку дня?
8. Можете ли вы быстро сорганизоваться, собраться?
9. Вы никогда не опаздывали на занятия?
10. Можете ли вы выполнять работу в конце дня так же легко и свободно, как и в его начале?
11. Способны ли вы заставить себя выполнять рискованное для вас действие?
12. Можете ли вы не отказаться от своих намерений, если это не нравится руководству?
13. Охотно ли вы участвуете в конкурсах, соревнованиях и т.п.?
14. Легко ли вы переходите в течение дня от одного вида занятий к другому?
15. Вы всегда твердо уверены, что справитесь с любым делом?
16. Воздерживаетесь ли вы от вмешательства в спор, если понимаете, что лучше «не добавлять масла в огонь»?
17. Легко ли вы восстанавливаете душевное равновесие после поражения?
18. Быстро ли вы привыкаете к новому содержанию или новому месту работы?
19. В состоянии ли вы долго ждать, например в очереди?
20. Способны ли вы к риску в своей повседневной жизни?
21. В состоянии ли вы, допустив ошибку, быстро собраться и исправить ее?
22. Часто ли вам удается сдержать свой гнев?
23. Вы всегда следуете рекомендациям руководства?
24. Вы воздерживаетесь от того или иного действия до момента одобрения его со стороны руководства?
25. Легко ли вы меняете методику и ритм работы?
26. Хватает ли вам непродолжительного отдыха для восстановления сил?
27. Умеете ли вы приспосабливаться к работе в неблагоприятных и сложных условиях?
28. Хотите ли вы иметь опубликованные работы?
29. Вы всегда прощаете людям их ошибки?
30. Умеете ли вы, когда это требуется, приспособиться к окружающим?
31. Имеете ли вы опубликованные работы?
32. В состоянии ли вы работать длительное время без перерыва?
33. Способны ли вы воздержаться во время спора от эмоциональных и неконкретных аргументов?
34. Случалось ли вам вносить элементы новизны в работу по личной инициативе?
35. Легко ли вы приспосабливаетесь к различным стилям работы ваших руководителей?
36. Начинаете ли вы работать на занятиях сразу и в полную силу?
37. Легко ли вам одновременно выполнять несколько действий (помогать учащемуся, слушать ответ
и одновременно отвечать на вопросы и т.п.)?
38. Можно ли вас спровоцировать на новое, неизвестное дело?
39. Вам удается преодолеть накопившуюся усталость при входе на очередное занятие?
40. Легко ли вы сходитесь с новыми коллегами по работе?
41. Можете ли вы интенсивно работать продолжительное время?
42. Добиваетесь ли вы на открытых занятиях более высокого результата, чем на обычных?
43. Можете ли вы изменить уже принятое решение под влиянием мнения руководителя?
44. Можно ли сказать, что вы исполнительный работник?
45. Охотно ли вы выступаете на педсоветах, конференциях, родительских собраниях?
46. Трудно ли вас вывести из равновесия?
47. Быстро ли вы втягиваетесь в работу после некоторого перерыва (болезнь, каникулы, отпуск и т.п.)?
48. Легко ли вы приспосабливаетесь к переменам в настроении начальства?
49. Удается ли вам без особых усилий переносить длительную, монотонную работу?
50. Легко ли вы осуществляете деятельность, требующую определенных усилий с вашей стороны?
51. Вы всегда приходите на помощь коллеге?
52. Удается ли вам, если этого требуют обстоятельства, сдерживать свою злость или раздражение?
53. Способны ли вы преподавать в течение дня шесть–восемь часов подряд?
54. Охотно ли вы меняете места развлечений и отдыха?
55. В состоянии ли вы длительное время сосредотачивать внимание на выполнении какой-либо
определенной задачи?
56. Нравится ли вам состязаться со своими коллегами в профессиональной деятельности?
57. Можете ли вы, если это нужно, быстро включиться в работу?
58. Легко ли вы переходите к работе по новым учебным планам, пособиям и т.п.?
59. Удается ли вам легко приспособиться к педагогическому контролю за вашей работой?
60. Имеете ли вы поощрения за свою педагогическую деятельность?
61. Умеете ли вы проявлять терпение и такт при общении с непонятливыми людьми?
62. Можете ли вы всегда легко общаться с людьми, которых недолюбливаете?
63. Вы всегда спокойно переносите свои поражения, неудачи и провалы?
64. Способны ли вы быстро сосредоточиться перед предстоящими занятиями?
65. Охотно ли вы вводите новые элементы в ход и методику занятий?
66. В своей работе вы можете, в основном, обходиться без помощи других?
67. Легко ли вам удается приспособиться к более медленному темпу работы, если это необходимо?
68. Могут ли коллеги по работе, учащиеся (студенты) изменить ваше плохое настроение?
69. Вы легко входите в контакт с новой аудиторией?
70. Легко ли вы вступаете в разговор с попутчиками?
71. В состоянии ли вы вести себя спокойно, когда ждете важное решение?
72. Решаетесь ли вы выступить против общепринятого мнения, если вам кажется, что вы правы?
73. Быстро ли вы привыкаете к новому коллективу?
74. Стимулирует ли вас неудача?
75. В состоянии ли вы подавить свое веселье, если это может кого-нибудь задеть?
76. Способны ли вы быстро применить новое, узнав об интересном опыте?
77. Быстро ли вы реагируете на происходящее на занятиях?
78. Легко ли вы организуете первые дни своего отпуска, каникул?
79. Вы всегда легко сохраняете спокойствие при долгом и утомительном ожидании чего-либо?
80. Терпеливы ли вы при работе с медлительными людьми?
81. Часто ли вы бываете уверены в своих силах?
82. Любите ли вы менять места отдыха?
83. Быстро ли вы приступаете к работе, получив новое указание администрации?
84. Склонны ли вы брать инициативу в свои руки, если случается что-либо из ряда вон выходящее?
85. В состоянии ли вы воздержаться от замечаний коллегам по поводу недостатков в их работе?
86. В состоянии ли вы быстро овладеть собой в тяжелые моменты вашей жизни?
87. Терпеливы ли вы при общении с «трудными» учащимися (студентами)?
88. Быстро ли вы просматриваете газеты, журналы, книги?
89. В состоянии ли вы спокойно ждать опаздывающего звонка на занятия или с занятий?
90. Соглашаетесь ли вы без особых внутренних колебаний на болезненные врачебные процедуры?
91. Спокойно ли вы относитесь к неожиданным изменениям в расписании занятий, распорядке дня и т.д.?
92. Охотно ли вы беретесь за деятельность, требующую настойчивости и упорства?
93. Легко ли вы отходите от старых шаблонных методов в вашей работе?
94. Умеете ли вы быстро восстановить свои силы?

В данном тесте диагностируются следующие личностные характеристики будущего или настоящего преподавателя, показывающие степень сформированности и развития его профессиональных личностных качеств:

Рассмотрим теперь пример. Испытуемый набрал по первому направлению — 10 баллов, по второму — 7, по третьему — 8, по четвертому — 10, по пятому — 6, по шестому — 5, по седьмому — 6 и по восьмому — 1. Здесь К = 1 (т.е. испытуемый лишь на один из вопросов шкалы лжи ответил положительно), что находится в пределах нормы, и данным самодиагностики можно доверять. Рассмотрим полученные результаты на графике.

Отсюда видно, что данная личность обладает ярко выраженной способностью к творчеству, а также высокой степенью коммуникабельности и демократичности. Самое слабое звено — это уверенность в своих силах, а уровень адаптированности и саморегуляции также требуют определенной коррекции

 

Истоки детской агрессии

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Истоки детской агрессии

Агрессивное поведение — один из ярких показателей социальной дезадаптации ребенка, а также нарушения процесса социализации в целом. Элементарные проявления агрессии можно наблюдать у детей уже в младенчестве и в раннем детстве: большинство матерей не удивляется, когда их ребенок брыкается, дерется, кусается и т.д. Сюда же можно отнести и громкий крик, плач ребенка, при определенных условиях замещающий реальное агрессивное физическое действие. Подобное поведение неприятно окружающим, но вместе с тем в течение длительного периода жизни ребенка его агрессивные проявления не воспринимаются как «ненормальное» явление.

ВИДЫ И КЛАССИФИКАЦИЯ

В результате социализации ребенок учится контролировать свои агрессивные импульсы, что необходимо для жизни в обществе. В одних случаях развитие навыков контроля за собственной агрессией приводит к ее угасанию, в других — к определенным трансформациям агрессии, когда ребенок учится проявлять агрессию более тонко, через словесное оскорбление, скрытое принуждение и т.д. У части детей агрессия остается несоциализированной и находит выход в физическом насилии и в более поздние возрастные периоды. К формированию и закреплению примитивных, часто неадекватных форм аффективного реагирования, в том числе агрессии, способны приводить и задержка и искажение раннего развития.
Проявления агрессии могут наблюдаться в виде:

1) аутоагрессии или агрессии по отношению к объектам окружения или другим людям;

2) физической агрессии или агрессивных разрядов в вербальном или символическом плане;

3) эпизодических вспышек, имеющих нестойкий характер;

4) типичного способа реагирования.

Имеются многочисленные попытки классификации агрессивных действий с позиций социальной нормативности поведения субъекта. Так, Н.Д. Левитов считает существенным разделение агрессии инициативной и оборонной, а также выделяет «общественно и этически оправданные поступки» (например, боевитость, социально одобряемая спортивная злость и т.д.) и «недопустимую грубую форму обращения с человеком, а иногда с неодушевленным предметом».
В педагогических целях при выборе способов реагирования на агрессию ребенка может оказаться полезной классификация агрессивных проявлений:

1) типичные для характера человека;

2) нетипичные для характера;

3) эпизодические.

АСОЦИАЛЬНОСТЬ И НОНКОНФОРМИЗМ

Можно подразделить расстройства поведения у детей на две подгруппы: социализированные формы агрессивного поведения и несоциализированные.
Для подростков из первой группы не характерны эмоциональные расстройства, и они к тому же легко приспосабливаются к социальным нормам внутри группы, к которой принадлежат. Такие дети часто прогуливают школу, а воровство если совершают, то обычно совместно с другими детьми.
Несоциализированный агрессивный ребенок находится в плохих отношениях с другими детьми и со своей семьей. Негативизм, агрессивность, дерзость, мстительность, демонстративное неповиновение, разрушительные действия, лживость — вот основные черты его характера и поведения. Став старше, такой ребенок с большой вероятностью станет социально опасным.
Вместе с тем существует известная опасность использования признака социальной нормативности для классификации форм агрессии и оценки дезадаптации. Следует с особой осторожностью относиться к утверждениям о том, что нормы поведения других людей неправильны лишь потому, что они иные. Нонконформизм не может быть использован как показатель психического расстройства.

КРИТЕРИИ

В работах В.В. Лебединского, О.С. Никольской, Е.Р. Баенской, М.М. Либлинг предложены следующие критерии для определения тяжести агрессивных проявлений.

1. Частота и легкость возникновения. Чем сложнее аффективная патология, тем больше возможностей возникновения фрустрирующих ситуаций.

2. Степень неадекватности агрессии той ситуации, в которой она возникает. Агрессивные действия могут быть очевидно спровоцированы определенными обстоятельствами, однако интенсивность и форма их проявления могут не соответствовать причинам, их спровоцировавшим. В наиболее грубых случаях выявить причину возникновения агрессии очень трудно.

3. Фиксируемость на агрессии. В ряде случаев возникшая ситуативная реакция может закрепляться и формировать стойкие влечения к агрессивным действиям, что приводит к серьезной дезадаптации ребенка в его взаимодействии с окружающими. Это вызывает отрицательные реакции со стороны окружающих и, в свою очередь, еще больше усиливает ситуацию фрустрации, провоцирующую вновь и вновь агрессию ребенка.

4. Степень напряженности в агрессивных действиях. Иногда ребенка можно отвлечь от агрессии, переключить на замещающую конструктивную деятельность или ввести агрессивное действие в ее контекст, подчинить контролю. В других — более тяжелых — случаях ребенок настолько поглощен непосредственно самим переживанием агрессивного действия, что в этот момент недоступен для контакта, и любое вмешательство со стороны окружающих усиливает его моторное и аффективное напряжение, гнев, ярость.

5. Форма агрессии. В более легких случаях агрессия выражается в вербальной форме, в более тяжелых — в физической форме, направленной на себя или на других.

6. Степень осознанности агрессивных действий. Осознание ребенком своих агрессивных проявлений говорит о возможностях его личностного развития. Однако сформировавшиеся агрессивные установки ребенка могут стать препятствием к его социализации и требуют специальных длительных психокоррекционных воздействий.

При диагностике дезадаптации и выборе способов оказания психологической помощи агрессивному ребенку необходимо прежде всего тщательно проанализировать, какую функцию несет агрессивность в каждой конкретной ситуации; каковы ее место среди других проявлений активности ребенка и динамика с момента возникновения.

ЛЮБОВЬ И ЗАБОТА

В настоящее время изучены условия воспитания, способствующие возникновению и закреплению агрессивных проявлений. На присвоение норм поведения и нравственных ценностей в целом существенно влияет та забота, которую ребенок получил со стороны взрослых в детстве, и эмоциональная связь между ребенком и взрослым в первые годы жизни. Эти факторы предопределяют формирование у ребенка потребности в эмоциональных контактах с окружающими людьми, развитие у него способности к сопереживанию.
В результате проведенных кросскультурных исследований обнаружены некоторые интересные тенденции нравственного развития.
В сообществах, где родители отзывчивы на потребности ребенка, ласковы, не строги, отмечается низкий уровень преступности.
Воровство наиболее распространено в сообществах, где для воспитания послушания, ответственности и самостоятельности используются преимущественно наказание и строгость.
Воровство и преступления против личности весьма распространены там, где воспитанием детей традиционно занимаются матери, где отсутствует возможность возникновения тесных эмоциональных связей с отцом.
Преступления против личности, в том числе насилие, клевета, наиболее часто встречаются в сообществах, где детей грубо и неожиданно заставляли проявлять самостоятельность.
На этом основании можно сделать вывод, что теплые тесные связи ребенка с родителями (особенно с родителем того же пола, что и ребенок) способствуют развитию у него гуманного отношения к другим.
Многие исследователи, как отечественные, так и зарубежные, подчеркивают, что любовь, забота, внимание со стороны близких взрослых оказываются для ребенка своеобразным «жизненно важным витамином», дающим ощущение защищенности, обеспечивающим эмоциональную стабильность, равновесие в отношениях, способствующим росту самооценки.
Ограниченность эмоционального общения и активного доброжелательного внимания со стороны близких взрослых приводит к появлению у ребенка невротизма, тревожности. М.И. Лисина пишет, что «атмосфера общения с близкими людьми в семье во многом определяет особенности социабельности и контактности ребенка».
Нарушение эмоционального контакта ребенка с родителями представляет для него сильный психотравмирующий фактор. Наличие полноценных контактов ребенка с родителями, активная и тактичная забота о малыше, чувство безопасности способствуют, с одной стороны, развитию у маленького человека так называемого базового доверия к миру, а с другой — повышению у него конструктивной активности в освоении окружающего мира.

Светлана КОЛОСОВА,
кандидат психологических наук,
заведующая кафедройпсихологии развития
Коми государственного педагогического института,

 

Речевая защита и речевая агрессия подростков

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Речевая защита и речевая агрессия подростков


Все мы — дети, подростки, взрослые, старики — общаемся при помощи языка, причем функции языка вообще и речи в частности весьма разнообразны. В рамках данной статьи речь будет рассмотрена в одном ряду с теми действиями человека, которые предполагают агрессию по отношению к другому человеку или же, напротив, защиту от внешней агрессии

« Слово ранит», «слово лечит» — эти истины азбучны. Причем истоки агрессивной и защитной функций речи следует, вероятно, искать в необходимости сосуществования и биологических видов, и отдельных индивидов, а сосуществование всегда предполагает борьбу, конфликт, коллизию. Есть даже такая «культурологическая» шутка, в которой, очевидно, имеется доля правды: культура, дескать, возникла в тот момент, когда первобытный человек, поссорившись со своим соплеменником, не схватился за каменный топор, не сжал кулаки, а просто обругал его, закричав благим матом (кстати, изначально слово «мат» означало не что иное, как громкий голос).

Всякий взрослый человек в той или иной мере владеет искусством словесной дуэли, легко и естественно это искусство освоив, но всерьез о преимуществах и недостатках словопрений люди обычно задумываются лишь тогда, когда в словесные поединки начинают вступать их дети.

Какой восторг вызывает у родителей первое слово, сказанное их ребенком! С каким вниманием воспринимают они младенческий лепет своего чада! Но вот проходит некоторое время, и из чистых детских уст вылетает грубое, а то и бранное слово... Ситуация безрадостная, однако отнюдь не трагическая. Во всяком случае так считает известный американский педиатр, психолог и психиатр Аллан Фромм.

«Почти все дети, — пишет Фромм в своей «Азбуке для родителей», — рано или поздно начинают говорить бранные слова. Это не повод для беспокойства. Напротив, я бы встревожился, если бы мой сын дорос до 7–8 лет и ни разу не произнес бы их. Я решил бы, что он просто не слышит, что говорят окружающие, и, может быть, даже не воспринимает то, что говорю я. А явное отсутствие непосредственности и непринужденности в его поведении обеспокоило бы меня еще больше».

Можно согласиться с А. Фроммом, можно не соглашаться, а можно попытаться самим разобраться в существе поставленной им проблемы.

Итак, начнем по пунктам.

1. Ребенок овладевает родным языком естественным путем: слышит звуки, слышит речь окружающих его людей, довольно быстро «соображает», что мир, в который он пришел, наполнен информацией и что для того, чтобы как-то заявить о себе и о своих проблемах, необходимо подать какой-либо звуковой сигнал. Поначалу младенец плачет, сигнализируя о том, что он хочет есть, пить, что у него мокрые пеленки и др., а потом начинает произносить слова: сначала тарабарские, самостоятельно сконструированные, а затем и общеупотребительные, услышанные от других.

Постепенно, слушая и повторяя, ребенок осваивает весь активный пласт лексики, в котором, разумеется, есть как «хорошие», так и «плохие» слова. Таким образом, ребенок пользуется теми словами, которые реально существуют в речевой практике и среди которых конечно же есть бранные, и он не несет никакой ответственности за то, что эти слова имеются в языке, а потому глупо обвинять трех-четырехлетнее дитя в склонности к сквернословию.

2. Аллан Фромм считает, что «бранные слова ребята начинают использовать, как только попадают в школу, а иногда и раньше. И то обстоятельство, что эти слова нас шокируют, оказывается для детей наилучшим поводом, чтобы повторять их. Им хочется позлить, подразнить нас, потому что им самим приходилось не раз терпеть это от нас, и теперь они просто открыли для себя новое оружие агрессии».

Наверняка многие родители не захотят принимать эту сентенцию американского психолога на свой счет, будучи уверенными, что уж кто-кто, а они-то никогда не были агрессивны по отношению к своему чаду. Однако чем, если не агрессией, следует считать тугое пеленание младенца (Л. Толстой утверждал, что хорошо помнит свои ощущения, когда, будучи младенцем, он был накрепко скручен пеленкой-свивальником, и что это ощущение явилось предпосылкой формирования у него стойкого неприятия всякого рода насилия). А уж такие невинные на первый взгляд формы агрессии, как кормление насильно, как многочисленные запреты («не пойдешь гулять», «не дружи с этим мальчиком»), испытывает каждый ребенок.

Все повторяется в этом мире: сначала мы манипулируем детьми, затем дети манипулируют нами. Поэтому сделаем для себя очень важный вывод: детская агрессивность — это всегда ответ, реакция на агрессию. То же относится и к агрессии речевой, которая выражается прежде всего в употреблении бранных слов.

3. Наша повседневная жизнь протекает, помимо прочего, в так называемой языковой среде, которая, как нетрудно догадаться, моделирует реальную среду, подстраивается под нее. Современная же реальная среда, или иначе — российская наша действительность, безусловно, агрессивна для человека, тем более для ребенка или подростка. Это обстоятельство следует иметь в виду, рассуждая как об особенностях лексического состава «великого и могучего» нашего языка, так и о специфичности речевой практики детей и подростков с российским менталитетом в постперестроечный период (в скобках заметим, что подобные периоды обыкновенно сопровождаются кризисными явлениями в политической, экономической, социальной и культурной сферах).

Рано или поздно всякий ребенок вступает в подростковый возраст, что само по себе уже является кризисной ситуацией, поскольку сопровождается изменениями обстоятельств, условий жизни ребенка (тут напрашивается такой каламбур: кризисная ситуация всегда есть следствие изменения ситуации). У подростка усложняются взаимоотношения с окружающими людьми и со всем миром, происходит лавинообразное расширение словарного запаса, слова приобретают множество значений, на фоне общего повышения сензитивности у него происходит обострение чувства языка и, наконец, на новом витке возникает повышенный интерес к ненормативной лексике (как, впрочем, и ко всему ненормативному).

Наступает второй этап становления отношений юного человека с языком, речью, для него (этапа) характерно кардинальное обновление словаря. В очередной раз подросток определяет свое отношение к ненормативной лексике. Слова, в том числе бранные, позволяют подростку сформулировать и свое эмоционально-ценностное отношение к миру, что конечно же совершенно необходимо в его становлении как личности.

В.С. Мухина в учебном пособии «Возрастная психология» отмечает: «Подросток легко улавливает неправильные или нестандартные формы и обороты речи у своих учителей, родителей, находит нарушение несомненных правил речи в книгах, газетах, в выступлениях дикторов радио и телевидения. В этом случае подросток испытывает чувство юмора, которое снижает его напряжение от постоянного внимания к реалиям языка. Это же обстоятельство содействует пониманию того, что речь в обыденной жизни людей часто грешит нарушениями правил». Подобное открытие нередко имеет далеко идущие последствия. Подросток может прийти не только к осознанию относительности речевых норм, но и к нормативному релятивизму во всех сферах жизни.

В подростковом возрасте стремление к независимости становится едва ли не ведущим мотивом деятельности. Обычно используются внешние, демонстративные формы отстаивания независимости, такие, как дерзость в общении. Подростка может привлекать ореол дерзости как символ его личной свободы. Дерзость может проявляться не только в тоне и содержании речи, но и в использовании определенных речевых единиц, которыми нередко оказываются именно бранные слова.

Стремление к нарушению нормативности речи парадоксальным образом приводит подростка к установлению нормативности совсем другого рода. Как известно, в отрочестве общение со сверстниками приобретает исключительную значимость. Подросток теперь меньше зависит от родителей, свои дела, планы, тайны он доверяет другу. Более всего ценятся успехи и признание в среде сверстников. В подростковых объединениях и группах стихийно формируются свои кодексы чести, возникают другие нормативные установления. Группа создает чувство «Мы», которое поддерживает подростка и укрепляет его внутренние позиции. Часто подростки для усиления этого «Мы» прибегают к автономной групповой речи, к автономным невербальным знакам. В неформальных подростковых объединениях возникает своеобразный сленг, или арго — слова или выражения, употребляемые определенными возрастными группами, социальными прослойками. Сленг усиливает чувство «Мы» тем, что сокращает дистанцию между общающимися через идентификацию всех членов группы своими знаками общения. Групповая речь нередко обильно уснащается бранными словами или эвфемизмами — более мягкими выражениями, заменяющими грубое слово или нецензурный оборот речи.

Эвфемизмы имеются в словарном составе многих языков мира, и русский язык — не исключение. Сегодня, например, мало кто воспринимает словосочетание «ёлки-палки» как грубое, тем более нецензурное, хотя оно является именно «псевдонимом» известного ругательства. Другие варианты этого эвфемизма: «ё-мое», «ёкэлэмэнэ», «ёксель-моксель» и т.п. В начале 1980-х годов в лексикон подростков вошли эвфемизмы трахаться и заколебать. Немного позднее едва ли не все возрастные и социальные группы населения взяли на вооружение словечко блин, которое, будучи употребленным в специфическом значении, также является типичным эвфемизмом.

Стремление подростков к взрослости сопряжено с различными формами изживания своей зависимости от родителей и взрослых в целом. В сознании подростка виртуально проигрываются различные ситуации, где «родители» (имеются в виду родительские социальные роли) выглядят весьма неприглядно. Совместное отчуждение от взрослых может осуществляться по-разному: озорство в общественном транспорте, на улице, грубость и демонстрация агрессивного игнорирования и пр.

Все это нередко сопровождается, говоря языком милицейского протокола, «грубой нецензурной бранью». Тут выстраивается такая незатейливая классификация: «хорошие слова» — из родительского лексикона, «плохие слова» — из словаря сверстников. Как это часто случается, процесс самоутверждения подростков протекает в парадоксальных формах: отчуждаясь от взрослых, они перемежают свою речь именно теми словами, которые бытуют как раз в языке взрослых.

Особую тревогу у педагогов и родителей обычно вызывает то, что бранные слова начинают употреблять не только мальчики, но и девочки. Этому можно найти множество объяснений. Рискнем предложить свою версию.

Одним из ведущих мотивов поведения девочек-подростков является так называемая сексуальная конкуренция. У них возникает интерес к представителям противоположного пола, что к тому же сопровождается встречным интересом. В этой ситуации подруги и просто одноклассницы начинают восприниматься как соперницы. Внешние знаки сексуальной конкуренции общеизвестны: броские наряды, макияж, минимализм в одежде. В «конкурентной борьбе» нередко используются и более сильные средства, такие, как физическая расправа с соперницей. Ненормативная лексика также может выступать в роли средства сексуальной конкуренции, которое позволяет решить сразу две задачи: «припечатать» грубым словом соперницу и обратить на себя внимание представителей противоположного пола.

Что касается последних, то нередко сквернословящая девочка вызывает у них неприязнь, то есть данное средство достижения цели приводит к обратному результату. Однако выбор средства нельзя считать случайным и тем более ошибочным: чисто тематически так называемый генитальный мат связан именно с любовным актом и подростки интуитивно это улавливают. И, разумеется, так же остро реагируют на такие слова.

Можно предположить, что генитальный мат в речи подростков (прежде всего мальчиков) отражает их подсознательное стремление к силе, зависть к мужской силе, скрытое чувство неполноценности перед ней. А еще в этом, как считает признанный специалист по ненормативной лексике Ю. Рюриков, — русское лихое озорство, ёрничество, готовность к действию, но с тайной ущербинкой. И еще, конечно же, удальство (слово это происходит от слова «уд», которое, по мнению В. Даля, является вполне приличным и обозначает любую выдающуюся часть тела). Здесь, возможно, уместен будет такой исторический экскурс: когда античный воин зрелых лет вступал в интимную связь с подростком или юношей, то считалось, что тем самым он передает ему свою мужскую и воинскую силу. Не случайно традиции мужеложества оказались живучими именно в закрытых военных учебных заведениях.

С другой стороны, генитальный мат в речи мальчиков и юношей является выражением смутной, неосознаваемой антипатии к женскому полу, поскольку, в силу так называемых культурных запретов, они, как правило, еще не могут удовлетворить нарождающееся половое чувство. И тогда дело заменяется словом — грубым выражением, в состав которого включаются существительные, обозначающие названия гениталий в «просторечном» варианте, и соответствующие им глаголы, обозначающие любовный акт.

Подросток в силу возрастных особенностей (ориентация на сверстников, конформизм и проч.) способен варьировать свою речь в зависимости от стиля общения, ситуации и личности собеседника. С одной стороны, такое принятие словесного состава речи и стиля общения партнера по диалогу несет в себе возможность ориентировочного познания многообразных вариантов речи; с другой стороны, этот феномен речевого поведения подростка следует рассматривать как возрастную речевую зависимость.

Тот факт, что подросток из различных вариантов речевого поведения нередко выбирает именно наиболее грубый, сниженный, требует дополнительного пояснения. Как ни странно, ненормативная лексика, как и любая другая лексическая группа языка, имеет свои «сильные» стороны, чем и объясняется ее живучесть. Мат притягателен (любой носитель языка, честно оценивающий реальную речевую практику, подтвердит эту очевидную истину). Мат имеет свои преимущества перед другими единицами речи. Перечислим эти преимущества по порядку.

1. Мат сродни междометию: он позволяет вербализовать, то есть выразить в материальных единицах речи, различные чувства (восторг, восхищение, досаду, горечь, злость и др.).

2. Мат обладает такими качествами, которые можно назвать речевой компактностью и функциональной универсальностью. При помощи одного-двух десятков бранных слов можно сформулировать практически любое речевое сообщение и выразить его кратко, емко и образно.

3. Мат — экстравагантная форма романтизации секса (разумеется, если иметь в виду, что термин «романтизация» буквально означает перевод любого предмета или явления из разряда обычных в разряд необыкновенных). Гротескное (от фр. grotesqe — искаженное, уродливо комическое отображение жизни) изображение полового акта (а именно это происходит в процессе описания последнего в речевых единицах мата) привлекательно практически для любого человека, а тем более для подростка.

Как видим, проблема очищения (санации) разговорной речи вообще и речи подростков в частности чрезвычайно сложна и многообразна. К тому же она очень стара. Если говорить об истоках современных ругательств в отечественном языке, то тут можно выделить по крайней мере следующие позиции:

— срамной русский фольклор, ставший почвой для возникновения многих ругательств;

— отголоски древних языческих обрядов, нередко основанных на праздниках-оргиях, которые вышли из первобытного культа плодородия; нетрудно вообразить, что во время отправления таких обрядов жрецами и рядовыми участниками произносились определенные заклинания, раздавались реплики и вопли, которые впоследствии могли быть переосмыслены, трансформированы и пр. (существует теория, согласно которой некоторые современные ругательства когда-то служили приветствиями);

— традиционная народная смеховая культура, которой была свойственна глумливая аллегория женского и мужского начал;

— отголоски патриархата, предполагающего несомненную победу «мужского пика над женским кратером», что не могло не сказаться на формировании особого мужского арго (социального диалекта).

Это — история, причем очень древняя. В новейшую эпоху укрепление позиций нецензурной брани приходится на последние советские десятилетия, что можно рассматривать как реакцию на лживую партийную пропаганду, как антитезу официальному языку, идеологическому словоблудию.

Кстати, само понятие «нецензурное выражение» (ср. «непечатное слово») недвусмысленно намекает на наличие реальной цензуры. В условиях, когда сказанное с трибуны или напечатанное в газете слово не обеспечено правдой, бранное выражение подсознательно может восприниматься людьми как носитель вожделенной правды.

С прошлым как будто разобрались. Теперь — о перспективах. Они довольно радужны для ругательств и весьма неутешительны для нас, носителей языка: похоже, человечество обречено, говоря языком шахматных терминов, на «вечный мат».

Обратимся к уже упоминавшемуся Юрию Рюрикову: «Ругательства, наверное, будут нужны человеку всегда, причем в двух своих ролях — как слова-успокоители, лечащие себя, и как слова-агрессоры, бьющие другого... Ругательные слова — как бы маленькие мощные катапульты, которые выбрасывают из нас заряды гнева, злобы, досады, — ведут себя как санитары нашей души или налетчики на чужую».

Обыденному сознанию трудно принять ту точку зрения на обсуждаемую нами проблему, согласно которой любая лексическая группа языка, в том числе и ненормативная лексика, имеет право на существование. Между тем бытование языка подчиняется закону целесообразности, и все то, что бесполезно, из языка исторгается, а все полезное живет и развивается. С другой стороны, нельзя не считаться с тем очевидным фактом, что нормальному человеку площадная брань режет слух. Это объясняется отнюдь не незыблемостью норм речевого этикета, а тем, что в сознании такого человека происходит мгновенная и неосознанная дешифровка любой услышанной фразы, и тогда каждое слово соотносится с тем предметом или явлением, которые оно обозначает. То есть обыкновенно люди, услышав реплики, включающие в себя генитальный мат, неосознанно представляют себе те процессы, которые эти реплики обозначают буквально.

Вот как объясняет это явление в работе «Психология познания» Дж. Брунер: «Когда слово рассматривается как нечто столь же реальное, как и обозначаемый им предмет, такая психологическая установка... называется вербальным реализмом. Школа отделяет вещь от слова и тем самым разрушает словесный реализм, создавая впервые ситуацию, когда слова постоянно и систематически выступают отдельно от обозначаемых ими вещей... Иначе говоря, последовательность объект — имя перестает быть обязательной».

Этот вывод имеет для нас чрезвычайное значение. Подростки в большинстве своем потому терпимы к ненормативной лексике, что в школьной среде, где они проводят значительную часть времени, царит Слово. А слово как знак разрушает пресловутый словесный реализм, и тогда открывается простор для символических процессов, для мышления в терминах возможного, а не действительного.

Безусловно, речевые нормы всегда существовали и будут существовать. И во все времена речевой толерантности противостоял так называемый лингвопуризм, строго ориентирующийся только на разговорную норму. Но при этом нельзя отрицать и то, что норма всегда относительна. Ведь не стыдимся же мы произносить слово «яблоко», хотя в нем отчетливо слышится корневая основа просторечного глагола, обозначающего соитие. Или, борясь за чистоту современной русской речи, мы нередко ставим в пример разговорную речь, бытовавшую в дворянской среде ХIХ века, и при этом сильно идеализируем и дворянскую культуру в целом, и соответствующую ей культуру речи.

Между тем исследователи дворянской культуры утверждают, что речевая вольность во времена Пушкина воспринималась гораздо терпимее, чем сейчас, без нынешних переборов болезненности. «Тогдашнее сознание, — пишет Ю. Рюриков, — в том числе «культурное», было куда более патриархальным, аграрно-естественным, и мат был гораздо менее чужероден ему, гораздо более обиходен. Это прекрасно показывает работа М.А. Цявловского — скрупулезнейшее исследование пушкинского языкового «неприличия», которое, как гейзер, то и дело вспыхивает в его творчестве, письмах (в том числе и жене), в быту».

К слову сказать, достаточно распространенное словосочетание «некультурное выражение» является нонсенсом, поскольку и язык, и речь, и всякое речевое сообщение существует только в человеческой культуре. Другое дело, что культура внутри себя имеет множество уровней, так что можно говорить о высокой и низкой речевой культуре.

Задавшись целью исследовать особенности речевой защиты и речевой агрессии подростков, мы невольно ушли в культурологический анализ того явления, которое принято называть сквернословием. В данном случае это было неизбежно, поскольку взгляд на обозначенную нами проблему только с позиции возрастной психологии неизбежно приводит к односторонности и упрощению. И выводы, которые нам предстоит теперь сделать, могут войти в противоречие с некоторыми привычными представлениями.

Вывод первый. Подобно слезам, брань как средство эмоциональной и психологической разрядки может быть полезна для душевного здоровья любого человека, тем более подростка. Иначе эту мысль можно выразить в виде простой формулы: грязное слово заменяет грязное, неблаговидное дело. В то же время бранные слова и выражения больно ранят психику других людей.

Вывод второй. Исключить из человеческой речи бранные слова так же трудно, как уничтожить саму речь. Данное утверждение тем более справедливо для детей и подростков, потому что они постоянно находятся в состоянии активного овладения языком и речью.

Как известно, психологи рекомендуют вовлекать подростков в спортивные игры для того, чтобы они могли выплескивать негативную энергию. Но наблюдения показывают, что подростки активно используют ненормативную лексику именно во время подвижных игр, что указывает на тесную связь слова с жестом и действием.

Вывод третий. Генитальный мат достаточно органично входит в речь подростков еще и потому, что отроческому возрасту свойствен повышенный интерес к вопросам взаимоотношения полов. А нынешний разговорный сексуальный словарь (между прочим, сформированный старшим поколением) довольно вульгарен и по лексическому составу фактически смыкается с матом, но подростки используют слова именно из этого словаря, потому что они хоть и неблагозвучны, зато живы и естественны. Напротив, было бы странно, если бы подростки, обсуждая проблемы секса, пользовались детскими словами (попка, пиписька) или применяли холодные медицинские и юридические термины (пенис, половой акт).

Вывод четвертый. Все сказанное выше отнюдь не означает, что любые усилия педагогов по искоренению сквернословия не имеют смысла. Отстаивать чистоту речи необходимо. Другое дело, что традиционные средства профилактики сквернословия доказали свою несостоятельность. Факультативные курсы типа «Чистота и правильность русской речи», «Речевой этикет» и другие едва ли приведут к желаемому результату, потому что их содержание ориентировано не на речевое творчество, а на норму, образец. Следовательно, такие учебные занятия будут отвергаться детьми.

Уж если продолжать влиять на ситуацию через учебную работу, в ходе изучения особого спецкурса, то, на наш взгляд, имеет смысл разработать программу интегративного курса «Традиционная культура пола», в котором можно попытаться объединить знания по физиологии, психологии, истории взаимоотношений полов, символике танца, народной смеховой культуре, ненормативной лексикологии и проч.

Бессмысленно учить подростков совершать правильные поступки и произносить правильные слова. Не лучше ли честно ввести их в суть проблемы, выпукло представленной в контексте культуры, показать возможные варианты поступков и слов и предложить сделать свой выбор.

В заключение — совет А. Фромма, имя которого уже упоминалось в этой статье: «Вообще же надо стараться, чтобы у детей просто не возникало желания ругать кого-то или что-то, тогда они не будут сквернословить и говорить бранные слова». Сказано неплохо. Вопрос в том, как это сделать.

Владимир ЯНУШЕВСКИЙ,
кандидат педагогических наук,
старший научный сотрудник НИЛ развития
инновационных процессов в образовании
Ульяновского института повышения квалификации
и переподготовки работников образования

О ежике, который хотел привлечь к себе внимание Сценарий занятия с агрессивными детьми 6–9 лет

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

О ежике, который хотел привлечь к себе внимание Сценарий занятия с агрессивными детьми 6–9 лет

Цель занятия: коррекция агрессии и деструктивного поведения, имеющих целью привлечение внимания.

Задачи: дать ребенку возможность взглянуть на свои поступки и их причины со стороны; показать альтернативный образец поведения для достижения той же цели; дать возможность побыть в разных ролях (привычный образ поведения и предложенный психологом) и сделать для себя выбор.

Предполагаемый психологический результат

Некоторые дети специально «хулиганят», чтобы вызвать эмоциональную реакцию взрослого. Они не умеют иначе общаться и компенсируют свою потребность во внимании таким образом. Это не есть собственно агрессия. Но если ребенок видит, что все внимание переключается на него, когда он плохо себя ведет, и получает необходимый ему всплеск гнева или огорчения, то его капризные и агрессивные действия закрепляются. Ребенок не знает иного способа привлечь к себе внимание. Надо предложить ему иной образец поведения для достижения желаемой цели, подкрепленный положительным опытом, а также дать возможность самому побыть как в привычной, так и в непривычной для себя роли.

Методическое обеспечение: бумага, цветные карандаши.

Время занятия: 45 минут.

Сюжетная канва: для работы с данной проблемой взята терапевтическая сказка из книги О.В.Хухлаевой «Лабиринт души: Терапевтические сказки».

 

Вступительное слово психолога (2 минуты)

— Ребята, вам нравится, когда на вас обращают внимание? Когда вас хвалят? А когда ругают за что-то?

Сегодня мы отправляемся в необычное путешествие — в далекую-далекую страну, где живут говорящие звери. Приготовились? Путешествие начинается.

 

Сказка о Ежике, который хотел,
чтобы на него обращали внимание (6–7 минут)

Направленность: гиперактивность, агрессивность и деструктивное поведение, вызванное нехваткой внимания.

Ключевая фраза: «А вот я какой!»

Далеко-далеко, за морями, за горами, за высокими лесами, в дремучей-дремучей чаще была маленькая уютная полянка. На этой полянке жили всякие разные звери: белки, зайцы, обезьяны, попугаи и даже маленький гиппопотам. Среди них был один ежик по имени Вася, который очень гордился своими колючками.

Был этот ежик Вася не похож на других. Больше всего на свете любил он, когда на него обращали внимание. Настолько, что даже казалось, что все люди обращают на него внимания меньше, чем на других. Хотелось ежику, чтобы только на него всегда смотрели, только его все слушали.

Встанет он утром, снимет пижаму и зашвырнет подальше, а мама потом ищет и ругается: «Куда ты ее подевал?» Хоть и кричит, а все-таки на него внимание обращает!

Приходит он на занятие с Белкой-воспитательницей. Только начинает она что-нибудь рассказывать, Вася вдруг как захрюкает громко-громко. Все смеются, на него смотрят, а воспитательница его за шиворот и с поляны выгоняет.
Каким видели ежика окружающие
до и после встречи с волшебником

Потом он к детям идет. Там все вместе зверята замок из песка строят. Зайдет ежик с одной стороны, с другой — никто на него не смотрит. Как размахнется тогда он — и ногой прямо по замку как даст. Девочки — в плач, а мальчики кулаки сжимают — бить его хотят.

И так каждый день. И все вроде бы хорошо, но стала такая жизнь ежику надоедать. Внимание-то, конечно, обращают — это приятно. Но ругают много — от этого грустно. С такими печальными мыслями однажды вечером наш ежик и лег спать.

И вот приснился ежику сон. Будто громадный волшебник в плаще, расшитом золотыми нитками, прилетел к нему и говорит:

– Слушай, ежик! Я буду сейчас тебя превращать!

Испугался ежик, запищал:

– Нет, не надо меня, нет... нет...

– Не бойся, — улыбнулся волшебник. — Лучше послушай, как я тебе хочу поколдовать. Я отправлю тебя в два мира, сначала в один, а потом в другой. В одном из них ты бываешь часто и сам, в другом не был никогда. Когда вернешься, скажешь мне, где тебе больше понравилось.

Взмахнул волшебник ярко-желтой палочкой, зашипело все вокруг… И оказался ежик в невиданном царстве-государстве. И главное то, что сам он как-то себя по-странному ведет. Помогает всем, поступки приятные совершает, слушает внимательно, что говорят ему, чужие игрушки не ломает, а, наоборот, чинить помогает. И внимание на него за это обращают — так, что даже стыдно немного. Приятно ежику, приятно и всем вокруг. Хвалят все ежика, умиляются, разговаривают про него, как будто все время по головке гладят.

Тут вдруг все начало меняться: треск, шипение, промелькнул пред глазами волшебник в мантии, и вот... другой мир. Тут все наоборот. Как в жизни. Тоже все на ежика смотрят, однако только потому, что, например, нахулиганил он, или побил кого-то, или хрюкает громко. И ругают его и ругают. А под конец все: мама, папа, воспитательница, соседка, родственники, дети из группы — всей толпой как окружили его. Каждый о своем кричит. Ничего ежику не понятно, однако знает он, что каждому из них что-то не так он сделал. Шаг назад. Еще шаг. Отступает ежик, звери на него. Еще шаг, и как будто в черную яму падает ежик, только и слышен крик: «Не хо-чуууу здееееесь!»

Проснулся ежик. Соскочил с кровати и вспомнил свой сон. И только захотелось зашвырнуть ему подальше свою пижаму так, чтоб мама потом искала и ругалась на него, как подумал ежик: «А что, если я наоборот сделаю? Как в первом мире во сне?»

Так и вышло. Сложил ежик ночную одежду на стульчик и маму ждет. Мама пришла, уже готовая ругаться, и... только руками всплеснула: «Ах, ты мой хороший! Какой ты молодец!» Приятно стало ежику. Почесал он левую переднюю иголку и решил сегодня на этом не останавливаться.

Отправился он на поляну. А там воспитательница Белка зверят считать учила, к школе их готовила. Подкрался он тихонько и стал ждать. Задает белка вопрос: «Сколько будет два плюс три?» А зверята все в это время ворон считали, так что ежик первым успел. «Пять!» — радостно выкрикнул он. «Вот, смотрите,— важно проговорила белка, — учитесь все, как внимательно надо слушать». Еще приятнее стало ежику. И вот, когда занятие кончилось, отправился он к песочной куче.

А там уже вовсю новый замок строится. Подошел он тихонько, дотронулся до плеча Мишки и прошептал: «Можно с вами поиграть?» Глянул на него Мишка и пробурчал недовольно: «Ну ладно уж, садись». Сел ежик, и так вдруг у него красиво получилось башенки лепить, что скоро все звери свою работу бросили и только смотрели на него. «Ух ты, а мы и не знали, что ты так можешь!» — раздавалось по сторонам. «Я и сам не знал», — смущенно отвечал ежик.

Когда наступил вечер, уставший, но довольный ежик пришел домой. А дома... дома его ждал пирог. «Ты думаешь, я не заметила, что с сегодняшнего дня ты стал совсем другим? — ласково сказала мама.— Я думаю, это надо отпраздновать!» Ежик был не против. Засовывая в рот толстенный кусок маминого вкуснейшего пирога, он еще раз подумал: «Как все-таки хорошо, когда на тебя обращают внимание за что-нибудь хорошее».

Обсуждение сказки (3–4 минуты)

• Кто главный герой сказки?

• Как ежик себя вел в начале сказки?

• Чего хотелось ежику? Зачем? Тебе хотелось бы того же?

• Как ежик пытался привлечь внимание? Как ты думаешь, в чем была его ошибка?

• Каким теперь стал ежик? Что изменилось в его жизни?

Задание 1 (10 минут)

Психолог. Ребята, возьмите в руки карандаши и бумагу и попробуйте представить себе, как мог выглядеть ежик в начале сказки. Нарисуйте его портрет. А теперь отложите этот рисунок в сторону. Возьмите другой листок и попробуйте представить ежика в конце сказки и нарисовать его портрет.

Вопросы к рисункам

• Чем отличаются эти ежики?

• Какой ежик тебе больше нравится?

• С кем из этих ежиков ты сам хотел бы дружить?

Задание 2 (10 минут)

Психолог. Ребята, возьмите в руки карандаши и бумагу и попробуйте нарисовать первое царство, в которое попадает ежик. Если вам сложно это сделать, попробуйте представить, какие краски там преобладали, и просто раскрасьте лист в эти цвета.

А теперь отложите этот рисунок в сторону. Возьмите другой листок и точно так же нарисуйте второе царство, куда отправил ежика волшебник.

Вопросы к рисункам

• Чем отличаются эти миры?

• Какому миру соответствует какой ежик (нарисованные ранее портреты)?

• В каком из миров ежику больше понравилось?

• А какой из миров больше нравится тебе? Где бы ты хотел жить?

Элементы драматизации (10 минут)

1. Психолог просит ребенка представить себя ежиком из начала сказки: как ежик себя ведет, какое у него выражение лица. С какой интонацией ежик может сказать фразу: «А вот я какой!» (высокомерие, демонстративность, агрессия).

2. Затем психолог просит ребенка представить себя ежиком из середины сказки (когда ежик попадает во второй мир): как ежик себя ведет, какое у него выражение лица. С какой интонацией ежик может теперь сказать фразу: «А вот я какой!» (удивление, испуг).

3. А теперь психолог предлагает ребенку представить себя ежиком из конца сказки (момент, когда ежик хочет убежать из второго мира): как ежик себя ведет, какое у него выражение лица. С какой интонацией ежик может сказать фразу: «А вот я какой!» (гордость за себя и свои успехи).

Обсуждение

• В какой из ролей ребенку было более комфортно? Почему?

 

Завершение занятия (3 минуты)

Обратная связь

• Что понравилось на занятии, что не понравилось? Почему?

• Что получилось легко, а что было сложно сделать?

Домашнее задание. Нарисовать ежика и его друзей в конце сказки в счастливом мире (первом мире, куда отправил его волшебник).

 

Проявление агрессивности в личностных характеристиках и поведении детей подросткового возраста

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Проявление агрессивности в личностных характеристиках и поведении детей подросткового возраста

Одним из самых сложных периодов в онтогенезе человека является подростковый возраст. В этот период не только проис­ходит коренная перестройка ранее сложившихся психологичес­ких структур, но возникают новые образования, закладывают­ся основы сознательного поведения, вырисовывается общая направленность в формировании нравственных представлений и социальных установок.
Подростковый период онтогенеза — это остропротекающий переход от детства к взрослости, где выпукло переплетаются противоречивые тенденции развития.
С одной стороны, для этого сложного этапа показательны негативные проявления ребенка, дисгармоничность в строении лич­ности, свертывание прежде установившейся системы интересов, протестующий характер поведения по отношению к взрослым.
С другой стороны, подростковый возраст отличается и мас­сой положительных факторов — возрастает самостоятельность ребенка, значительно более многообразными и содержательны­ми становятся его отношения с другими детьми и взрослыми, значительно расширяется и качественно изменяется сфера его деятельности, развивается ответственное отношение к себе, другим людям и т.д.
Между тем в психолого-педагогической литературе стало традиционным обозначать этот возраст в терминах «трудный», «критический», «конфликтный» и т.п. При этом до сих пор не изжито мнение, что причины кризиса — в физиологических из­менениях подростков. Отсюда зачастую дается узкое определе­ние подросткового возраста в качестве пубертатного периода, где главную роль играет половое созревание. Однако в фунда­ментальных работах российских психологов (Божович Л.И., 1968; Фельдштейн Д.И., 1972, 1989) показано, что половое со­зревание, как и другие изменения, связанные с развитием организма, несомненно, оказывает свое влияние на психическое развитие ребенка, но, во-первых, это влияние опосредова­но отношениями подростка к окружающему миру, сравнения­ми себя со сверстниками и взрослыми; во-вторых, не биологи­ческие особенности являются определяющими в развитии растущего человека как личности, а его выход на качественно новую социальную позицию, в которой реально формируется его сознательное отношение к себе как члену общества.
При этом тревожащие моменты в поведении части под­ростков, такие, как агрессивность, жестокость, повышенная тревожность, принимают устойчивый характер обычно в про­цессе стихийно-группового общения, складывающегося в раз­ного рода компаниях. Но это общение, эта система отношений, в том числе и строящихся на почве жестоких законов асоциаль­ных подростковых групп, является следствием не какой-либо генетической предрасположенности, изначальной агрессивнос­ти и пр., а выступает, в большинстве случаев, лишь как ситуа­ция замещения при неприятии подростка в мир социально-зна­чимых отношений взрослых, как ситуация совместного пере­живания непонятности ими.
Характерно, что потребность в стихийно-групповом об­щении отмечается только у 14,5% подростков, в то время как реальное наличие этой формы зафиксировано у 56 % 11 —15-летних. По мнению Д.И. Фельдштейна (Фельдштейн Д.И., 1988, с. 33), данное обстоятельство связано с тем, что если потреб­ность подростка в интимно-личном общении в основном удов­летворяется, то его потребность в социально-ориентированной форме в 38,5% случаев остается неудовлетворенной, обусловли­вая преобладание стихийно-группового общения.
В современной психологии показано, что человек не рожда­ется эгоистом или альтруистом, скромным и хвастливым, ате­истом или религиозным. Он становится таким. Лишь в процессе развития человека как личности возникают как социально по­лезные, так и социально вредные черты. В этом убеждает и практика отечественной школы. Так, уже опыт А.С. Макаренко по формированию нравственной сферы личности трудных под­ростков установил, что ни состав, ни специфические качества фактов асоциального поведения не определяются «прирожден­ными механизмами», что «никаких природных трудных харак­теров нет» (Макаренко А.С., т. V, с. 133).
А.С. Макаренко реально доказал, что даже наиболее педаго­гически запущенные подростки — обычные дети, «способные жить, работать, способные быть счастливыми и способные быть творцами» (там же, с. 438).
В этом убеждает и исследование, проведенное, например, Д.И. Фельдштейном по изучению подростков-правонарушителей (объектом которого были психически и физически здоровые дети). Оно показало, что ядром конфликтной ситуации, привед­шей к нравственной деформации личности этих детей, являются не биологические свойства, а недостатки семейного и школьно­го воспитания, у этих подростков, в частности, утрачен интерес к учебе, фактически утеряны связи со школой. В результате они, как правило, отстают на 2—4 года по своему образованию от сверстников (см.: Фельдштейн Д.И., 1972). Однако оказалось, что это отставание, как и деформация познавательной и других духовных потребностей, ни в коей мере не определяется психи­ческим развитием данных детей. Они обладают нормальными ум­ственными возможностями, и целенаправленное включение их в заданную систему многоплановой деятельности обеспечивает ус­пешную ликвидацию интеллектуальной запущенности и пассив­ности.
К сожалению, сложившаяся ныне в обществе система воспи­тания детей, принятые к ним требования, отношения взрослых к растущим людям не учитывают особенностей их личностного становления, приводя к конфликту с подростками, у которых развивается потребность в самостоятельности, самореализации, избавлении от опеки.
Критически осмысливая себя и окружающих, подросток протестует против ханжества взрослых, их мнимой правед­ности, при нередкой лживости поступков.
Подросток жаждет не просто внимания, но понимания, до­верия взрослых. Он стремится играть определенную социальную роль не только среди сверстников, но и среди старших. Во взрослом же сообществе утвердилась позиция, препятствующая развитию социальной активности подростка — он ребенок и должен слушаться. В результате между взрослыми и подростка­ми растет психологический барьер, стремясь преодолеть кото­рый, многие подростки прибегают и к агрессивным формам поведения.
Наиболее полную картину сущности агрессивного поведения подростков дает анализ его мотивации. Заметную роль в этой мо­тивации играют чувства и эмоции негативного характера: гнев, страх, месть, враждебность и т.п. Агрессивное поведение детей подросткового возраста, связанное с этими эмоциями, выража­ется в драках, побоях, оскорблениях, телесных повреждениях, убийствах, отчасти в изнасиловании, в повреждении либо унич­тожении имущества.
Именно такое поведение нередко рассматривается в качестве наиболее убедительной модели, подтверждающей тезис о гене­тической природе агрессивности. При этом полагают, что агрес­сивное, особенно недостаточно мотивированное, поведение есть прямое проявление генетического неблагополучия индивида, пусть даже и не выраженного в хромосомной аномалии.
Вместе с тем вопрос о генезисе агрессивности, о роли, ко­торую в ее происхождении играют биологические и социальные факторы, исключительно сложен. Существует теория, согласно которой агрессивность — чер­та, присущая человеку от природы как инстинкт или потреб­ность. Эта точка зрения прежде всего развивалась 3. Фрейдом (Freud Z., 1959), который связывал агрессию с прирожденным влечением к смерти, таким же властным, как и либидо. Дело представлялось так, что влечение к смерти побуждает к само­разрушению и агрессия является механизмом, благодаря кото­рому это влечение — разрушение направляется на другие объекты, в первую очередь, на других людей.
Следует отметить, что теорию прирожденности агрессии защищают и психологи, не стоящие на фрейдистских позициях. Так, Мак Даугол (McDaugol W., 1926), не принимавший фрей­дизма, вместе с тем признавал «инстинкт драчливости», зало­женный в человеке от природы. Моррей (Murray H., 1938) в число первичных потребностей человека включил и потреб­ность в агрессии, побуждающую искать случаи атаковать с це­лью принести вред.
Согласно Лоренцу (Lorenz R., 1967) Homo sapiens как один из многих видов животного мира обладает инстинктом агрессии. В качестве примера Лоренц указывает на подростка, который при первом знакомстве со сверстником, сейчас же начинает с ним драться, поступая так же, как в аналогичном случае посту­пают обезьяны, крысы и ящерицы.
А. Маслоу (Maslow A., 1964) в своей монографии «Мотивация и личность» дал обстоятельный анализ проблемы: «является ли деструктивность (разрушительность) инстинктоидной?»
К потребности разрушать этот психолог отнес и агрес­сивность. Под инстинктоидными он понимает свойства личнос­ти, не сводимые к инстинктам, но имеющие некоторую при­родную основу.
Наибольшего внимания заслуживает рассмотрение Маслоу данных зоопсихологии, детской психологии и антропологии, приведших его к общему выводу о необоснованности теории предопределенности деструктивности (а значит, и агрессивно­сти) природным инстинктом. Сделав уступку биологизаторско-му толкованию агрессивности, Маслоу утверждал, что она не инстинкт, но инстинктоидна — подобна инстинкту.
Важно подчеркнуть, что не только психологи, философы, юристы, но и биологи, генетики в настоящее время глубоко раскрыли несостоятельность утверждения об агрессивной при­роде человека, о генетической обусловленности агрессии.
Еще Дарвин, признавая, что определенные реакции и по­ступки людей основаны на врожденных механизмах, вместе с тем отмечал, что многое в их поведении обусловлено общественными нормами. Врожденными реакциями являются, на­пример, переживание чувства страха, стремление к избежанию опасности или самозащите. Однако все эти реакции, способные вызвать физиологический эффект, могут сдерживаться, контро­лироваться и направляться человеческим сознанием. Нелишне заметить, что если эти эмоции, как показывают медицинские исследования, можно ослабить или усилить посредством меди­каментов, то, следовательно, они не замкнуты фатально на прирожденных механизмах психики.
Австрийский ученый В. Холличер (Холличер В., 1975) отме­чает, что «все то, что является специфическим для поведения человека, не является врожденным, а то, что является врож­денным, не носит черт, специфических только для человека».
О том, что те или иные проявления агрессивности тесно связаны не с биологией, а с типами человеческой культуры, наглядно свидетельствуют антропологические исследования. Они показывают, что переживания и эмоции, порождаемые как внешними, так и внутренними причинами, выражаются у человека обычно в форме, принятой в той культуре, к которой он принадлежит. То есть возникновение и развитие агрессивно­сти зависит в первую очередь от общественных условий, к ко­торым относится как общественное устройство, так и ближай­шая общественная среда, малая группа.
Нередко агрессивность в открытой или замаскированной форме культивируется в обществе как орудие в борьбе за пре­успевание. Проявлениям агрессивности способствуют недостат­ки воспитания, осуществляемого разными институтами социа­лизации, в т.ч. не только семьей, школой, но и средствами мас­совой информации и др.
Неслучайно выяснению влияния линии воспитания в семье и школе на агрессивность детей посвящено множество исследо­ваний. Так, Бандура и Уолтерс (Bandura A., Walters R., 1959), например, на основе опроса и жизненных наблюдений устано­вили, что если матери снисходительно относятся к агрессив­ным действиям своих детей и даже склонны им потакать, то дети становятся еще агрессивней. Вместе с тем в другом иссле­довании показано, что дети, подвергающиеся очень строгим наказаниям, отличаются большой агрессивностью по отношению к товарищам (Eron Z., Walder Z., Torgo R., Zefkourtz M., 1963). Причем физические наказания за агрессивное поведение усиливают жестокость, агрессивность детей (Scars R., Maccoby Е., Zevin H., 1957).
«Поведение человека, — как отмечал П.П. Блонский, — есть изменчивое явление, и задача научной психологии состоит в том, чтобы установить, каким образом, в зависимости от чего изменяется человеческое поведение, чем и как обусловлено че­ловеческое поведение» (Блонский П.П., 1921, с. 13).
Данные современной науки убеждают, что агрессивный подросток — это прежде всего обычный ребенок, которому свойственна нормальная наследственность. А черты, качества агрессивности он приобретает под влиянием ошибок, недора­боток, упущений в воспитательной работе, сложностей в окру­жающей его среде.
Многочисленные примеры влияния воспитания как на рост агрессивного поведения детей, так и на его коррекцию дает со­временная практика. Например, в Черемушкинском районе г. Москвы была создана общеобразовательная школа со спортив­ной специализацией по самбо. Подростки, поступавшие в школу (некоторые из них ранее состояли на учете в милиции), не толь­ко не стали сами пополнять ряды правонарушителей, но и ак­тивно помогали вести борьбу с хулиганством в микрорайоне. В их взглядах на свою роль в обществе, на отношение к другим лю­дям произошел резкий поворот. Одна из учительниц этой школы так сказала об этом превращении: «Когда ребята пришли в шко­лу, многие из них были плохо управляемы, дерзки и агрессивны. Казалось бы, занятие таким видом спорта, как самбо, должно было усугублять эти черты характера. Произошло же обратное: ребята постепенно стали мягче, внимательнее к тем, кто был послабее, агрессивность сменилась добротой».
Подобный процесс примечателен, во-первых, тем, что за короткий срок изменилось поведение подростков, а это трудно объяснить, если агрессия порождена прирожденными механиз­мами; во-вторых, тем, что сознание своей силы и своей полез­ности положительно повлияло на нравственное развитие под­ростков.
Таким образом, агрессивность в личностных характери­стиках подростков формируется в основном как форма протеста против непонимания взрослых, из-за неудовлетворенности сво­им положением в обществе, что проявляется и в соответствую­щем поведении. Вместе с тем на развитие агрессивности подро­стка могут влиять, разумеется, природные особенности его темперамента, например, возбудимость и сила эмоций, способ­ствующие формированию таких черт характера, как вспыльчи­вость, раздражительность, неумение сдерживать себя. Есте­ственно, что в состоянии фрустрации подросток с подобной психической организацией ищет выхода внутреннему напряже­нию, в том числе и в драке, ругани и пр. Кроме того, агрессия может быть вызвана необходимостью защитить себя  или удовлетворить свои потребности в ситуации, в которой расту­щий человек не видит иного выхода, кроме драки, или, по крайней мере, словесных угроз. Тем более, что для некоторых подростков участие в драках, утверждение себя в глазах окру­жающих с помощью кулаков является устоявшейся линией по­ведения, отражающей нормы, принятые в определенных соци­альных группах.
То есть в подростковом возрасте в силу сложности и проти­воречивости особенностей растущих людей, внутренних и вне­шних условий их развития могут возникать ситуации, которые нарушают нормальный ход личностного становления, создавая объективные предпосылки для возникновения и проявления аг­рессивности.

 

Рекомендации родителям по профилактике агрессивного поведения детей

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Рекомендации родителям по профилактике агрессивного поведения детей

1. Особое место следует уделять формированию круга интересов детей, учитывая особенности его характера и способностей. Привлечение к положительно формирующим личность занятиям: чтению, музыке, спорту и т.д. (младший школьный возраст)

2. Развитие ребенка осуществляется в деятельности. Необходимо создать возможность реализовать и утвердить себя на уровне взрослых (средний школьный возраст). Это различные виды социально признаваемой деятельности – трудовая, спортивная, художественная, организаторская и т.д.

3. Избегайте применения силы в ответ на агрессивное поведение детей.

4. Важно признать необходимость поиска путей решения. «Я вижу, это действительно важно для тебя. Когда ты успокоишься, мы вместе все обсудим. Я тебе помогу».

5. Старайтесь отмечать положительные и интересные стороны ребенка, не концентрируйте свое внимание только на отрицательных моментах.

6. Прислушивайтесь к чувствам детей, поощряя их откровенность. Но потом не используйте эту информацию для наказания или для упреков. Важно, чтобы и сам взрослый умел описать и выразить свое эмоциональное состояние.

7. Для детей важно, что их чувства уважают и они естественны: злиться может любой человек.

8. Агрессия - это процесс, который сопровождается выбросом большого количества энергии. Ваша задача – направить эту энергию в другое русло. Это может быть какая-либо работа или возможность порвать бумагу, сломать палку, побаловаться подушками.

 

 

 

Формирование способности к эмпатии, доверию сочувствию, сопереживанию

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Формирование способности к эмпатии, доверию сочувствию, сопереживанию

Агрессивные дети, как правило, имеют низкий уровень эмпатии.
Эмпатия
– это способность чувствовать состояние другого человека, умение вставать на его позицию.
Агрессивных же детей чаще всего не волнуют страдания окружающих, они даже представить себе не могут, что другим людям может быть неприятно и плохо.
Считается, что если агрессор сможет посочувствовать “жертве”, агрессия в следующий раз будет слабее.
Научившись сопереживать окружающим людям, агрессивный ребенок сможет избавиться от подозрительности и мнительности которые доставляют так много неприятностей и самому “агрессору и тем, кто находится с ним рядом.
Как следствие – научится брать на себя ответственность за совершенные им действия, а не сваливать вину на других.
Правда, взрослым, работающим с агрессивным ребенком, тоже не помешает избавиться от привычки обвинять его во всех смертных грехах. Например, если ребенок швыряет в гневе игрушки, можно, конечно, сказать ему: “Ты – негодник! От тебя одни проблемы. Ты всегда мешаешь всем!”
Но вряд ли такое заявление снизит эмоциональное напряжение “негодника”. Наоборот, ребенок, который и так уверен, что он никому не нужен и весь мир настроен против него, обозлится еще больше.
В таком случае гораздо полезнее сказать ребенку о своих чувствах, используя при этом местоимение “я”, а не “ты”. Например, вместо: “Ты, почему не убрал игрушки?”, можно сказать: “Я расстраиваюсь, когда игрушки разбросаны”.
Другими словами, мы обращаемся к технологии “Я – сообщение”
Таким образом, вы ни в чем не обвиняете ребенка, не угрожаете ему, даже не даете оценки его поведению. Вы говорите о себе, о своих ощущениях. Как правило, такая реакция взрослого сначала шокирует ребенка, ожидающего града упреков в свой адрес, а затем вызывает у него чувство доверия.
В заключении хочется пожелать всем работающим с “агрессивными, трудными” детьми, чтобы не раздражаться, когда ребенок ведет себя дурно, нужно поставить перед собой вопрос: “Интересно, что с ним сейчас происходит?”

 

Обучение навыком распознавания и контроля негативных эмоций

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Обучение навыком распознавания и контроля негативных эмоций

Следующим очень ответственным и не менее важным направлением является обучение навыкам распознавания и контроля негативных эмоций. Далеко не всегда агрессивный ребенок признается, что он агрессивна.
Более того, в глубине души он уверен в обратном: все вокруг агрессивны.
К сожалению, такие дети не всегда могут, адекватна, оценить свое состояние, а тем более состояние окружающих,
Как уже отмечалось выше, эмоциональный мир агрессивных детей очень скуден. Они с трудом могут назвать всего лишь несколько основных эмоциональных состояний, а о существовании других (или их оттенков) они даже не предполагают. Нетрудно догадаться, что в этом случае детям сложно распознать свои и чужие эмоции.
Для того чтобы дети могли верно, оценивать свое состояние, а в нужный момент и управлять им, необходимо научить каждого ребенка понимать себя, и, прежде всего – ощущения своего тела.
Сначала можно потренироваться перед зеркалом: пусть ребенок скажет, какое настроение у него в данный момент и что он чувствует. Дети очень чутко воспринимают сигналы своего тела и с легкостью описывают их. Например, если ребенок злится, он чаще всего определяет свое состояние так: “Сердце колотится, в животе щекота, в горле кричать хочется, в пальцах на руках как будто иголки колют, щекам горячо ладошки чешутся и т.д.”. Мы можем научить детей точно оценивать эмоциональное состояние, и, значит, вовремя реагировать на сигналы, которые подает нам тело.
Таким образом, ребенок, если он верно “расшифрует послание своего тела, сам сможет пояятъ: “Мое состояние близко к критическому. Жди бури”.
А если ребенок к тому же знает несколько приемлемых способов вьплескивания гнева, он может успеть принять правильное решение, тем самым, предотвратив конфликт.
В книге К. Фопеля “Как научить детей сотрудничать” приводиться игра

“Камушек в ботинке”.

В эту игру полезно играть, когда ребёнок обижен, сердит, расстроен, когда внутренние переживания мешают ребенку заниматься делом, когда назревает конфликт.
Игра проходит в два этапа.

1 этап (подготовительный).

“Случалось ля, что вам в ботинок попадал камушек? Сначала камушек не очень мешает, мы пытаемся отодвинуть это, найти удобное положение для ноги, но постепенно нарастает боль и неудобство, может даже появиться ранка или мозоль. И тогда, даже если очень не хочется, нам приходится снимать ботинок вытряхивать камушек. Он почти всегда совсем крошечный, и мы даже удивляемся, как такой маленький предмет смог причинить нам такую болышую боль. Нам-то казалось, что там огромный камень с острыми, как лезвие бритвы, краями”. Далёе вы говорите ребёнку: “Случалось ли, что вы так и не вытряхивали камушек, а, придя, домой, просто снимали ботинки?”
Тогда в освободившейся от ботинка ноге боль стихала, происшествие забывалось. Но наутро, сунув ногу в ботинок, мы внезапно ощущали острую боль, соприкоснувшись со злополучным камушком. Боль, причем, более сильная, чем накануне, обида, злость – вот такие чувства испытывают обычно дети. Так маленькая проблема становится большой неприятностью.

2 этап.

“Когда мы сердимся, чем-то озабочены, взволнованы, нами это воспринимается как маленький камушек в ботинке. Если мы сразу же почувствуем неудобство, вытащим его оттуда, то нога останется невредимой. А если оставим камушек на месте, то у нас, скорей всего, возникнут проблемы, и немалые.
Поэтому всем людям – и взрослым, и детям – полезно говорить о своих проблемах сразу, как только они их заметят.
Далее вы говорите: “Давайте договоримся: если кто-то из “вас скажет: “У меня камушек в ботинке”, мы все сразу поймем, что им что-то мешает, и сможем поговорить обэтом. Подумайте, не чувствуете ли вы сейчас какое-то неудовольствия, чего-то такое что мешало бы вам. Если чувствуете, скажите нам, например: “У меня камушек в ботинке. Мне не нравится, что Олег стукнул меня портфелем”. Расскажите, что вам еще не нравится. Если же вам ничего не мешает, вы можете сказать: “У меня нет камушка в ботинке”. Вместе оговариваете способ, как можно избавиться от “камешка” Поиграв несколько раз в эту игру, дети в дальнейшем имеют потребность рассказывать о своих проблемах.
Игра “Камушек в ботинке” особенно полезна для тревожных детей,
Когда ребенок научится распознавать собственные эмоции и говорить о них, можно перейти к следующему этапу работы.

 

Как помочь агрессивному ребёнку?

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Как помочь агрессивному ребёнку?

Как вы думаете, почему дети дерутся, кусаются, толкаются, а иногда в ответ на какое-либо, даже доброжелательное, обращение, взрываются и бушуют? Причин такого поведения может быть много.
Но часто дети поступают так потому, что не знают, как поступить иначе.
К сожалению, их способы поведения, так называемый, поведенческие репертуар, довольно скуден, и если мы предоставим им возможность выбора способов поведения, дети с удовольствием откликнутся на предложение. Предоставление выбора способа взаимодействия особенно актуально, когда речь идет об агрессивных детях.

Работа с данной категорией детей должна проводиться в 3-х направлениях:

1. Работа с гневом.
Обучение агрессивных детей приемлемым способам выражения гнева.

2. Обучение детей навыкам распознавания и контроля, умению владеть собой в снтуаииях, провоцирующих вспышки гнева.

3. Формирование способности к эмпатии, доверию, сочувствию, сопереживанию.
В основном это работа психолога в ходе индивндуальнои психологической консультации. Но кое-какие рекомендации можно принять к сведению.

Работа с гневом.

Человек, постоянно подавляющий свой гнев, более подвержен риску психосоматических расстройств. По мнению американского психолога Холста, невыраженный гнев может стать одной из причин таких заболеваний как ревматический артрит, крапивница, псориаз, язва желудка, мигрень, гипертония и др.
Именно поэтому от гнева необходимо освобождаться. Конечно, это не означает, что всем дозволено драться и кусаться. Просто мы должны научиться сами и научить детей выражать гнев приемлемыми, неразрушительными способами,
Поскольку чувство гнева чаще всего возникает в результате ограничения свободы, то в момент наивысшего “накала страстей” необходимо разрешить ребенку сделать что-то, что, может быть, обычно и не приветствуется нами. Причем тут многое зависит оттого, в какой форме – словесной или физической – выражает ребенок свой гнев.
Например, в ситуации, когда ребенок рассердился на сверстника, и обзывает его, можно вместе с ним нарисовать обидчика, изобразить его в том виде и в той ситуации, в которой хочется “оскорбленному”. Если ребенок умеет писать, можно позволит ему подписать рисунок так, как он хочет, если нё умеет – сделать подпись под его диктовку. Безусловно, подобная работа должна проводтъся один на один с ребенком, вне поля зрения соперника. Этот метод работы со словесной агрессией рекомендует В.Оклендер в своей книге “Окна в мир ребенка”.
Правда, в нашем обществе не приветствуется такое “вольное” общение,
при более употребление бранных слов и выражений детьми в присутствии взрослых. Но как показывает практика, не высказав всего, что накопилось в душе и на языке, ребенок не успокоится. Скорее всего, он будет выкрикивать оскорбления в лицо своему “врагу”, провоцируя его на ответную брань. привлекая все новых и новых “зрителей”. В результате конфликт двоих детей перерастет в общегрупповой или даже в жестокую драку.
Еще один способ помочь детям легально выразить вербальную агрессию – поиграть с ними в игру “Обзывалки”.
Опыт показывает, что у детей, получивших возможность вьплеснуть негативные эмоции, а вслед за этим услышавших что-то приятное о себе, уменьшается желание действовать агрессивно.

“Обзывалки”.

Цель: снять словесную агрессию, помочь ребёнку выплеснуть гнев в приемлемой форме.

“Когда накаляется обстановка, можно заранее договориться называтъ друг друга разными необидными словами (заранее обговаривается условие, какими обзывалками можно пользоваться. Это могут быть названия овощей, фруктов, грибов или мебели).
Каждое обращение должно начинаться со слов: “А ты ..., морковка!” Помните, что это игра, поэтому обижаться друг на друга не будём. В заключительной пикировке обязательно следует сказать что-нибудь приятное, например: “А ты ..., солнышко!”
В течение многих веков русский народ использовал дразнилки, и обзывали для установления с ребенком эмоционального контакта, общения. Незатейливые по содержанию и простые по форме образцы народного поэтического творчества хранят в себе большие речевые, смысловые богатства и служат для снятия агрессивности у детей.

1. Андрей – ротозей,
Не гоняй голубей.
Голуби боятся,
На крышу не садятся,
Крыша ломается.
Хозяин ругается.

2. Борис-барбарис.
На веревочке повис.
Как веревка оборвется,
Так Борис перевернется.

3. Валя, Валя, простота,
Кислая капуста!
Съела мышку без хвоста.
И сказала: “Вкусно”!

Также помочь детям доступным способом выразить гнев, может так называемый “Мешочек для криков”: когда закипает гнев, можно подойти к “Мешочку для криков” и как можно громче покричать в него. Таким образом, он “избавляется” от своего крика.
Однако далеко не всегда дети ограничиваются (словесной) реакцией на события. Очень часто импульсивные дети сначала пускают в ход кулаки, а уж потом придумывают обидные слова. В такихслучаях нам также следует научить детей справляться со своей физической агрессией.
Видя, что дети распетушились и уже готовы вступить в бой можно мгновенно отреагировать и организовать, к примеру, спортивные соревнования по бегу, прыжкам, метанию мячей.
Легкие мяч, которые ребенок может швырять в мишень; мягкие подушки, которые разгневанный ребенок может пинать, колотить; резиновые молотки, которыми можно со всей силы бить по стене и по полу; газеты, которые можно комкать и швырять, не боясь что-либо разбить и разрушить – все эти предметы могут способствовать снижению эмоционального и мышечного напряжения, если мы научим детей пользоваться ими в экстремальных ситуациях.

 

Как выявить агрессивного ребёнка?

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Как выявить агрессивного ребёнка?

Агрессивные дети нуждаются в понимании и поддержке взрослых, поэтому главная наша задача заключается не в том, что бы поставит “точный” диагноз, или “приклеить ярлык”, а в оказании посильной и своевременной помощи ребенку.
Психологами разработаны критерии определения агрессивности, которые можно применить как схему наблюдения за ребёнком.

Критерии ягрессивности.

Ребёнок:

1. Часто теряет контроль над собой.

2. Часто спорит, ругаемся с взрослыми.

3. Часто отказывается выполнять правила.

4. Часто специально раздражает людей.

5. Часто винит других в своих ошибках.

6. Часто сердится и отказывается сделать что-либо.

7. Часто завистлив, мстителен.

8. Чувствителен, очень быстро реагирует на различные действия окружающих (детей и взрослых), которые нередко раздражают его.

Предположить, что ребёнок агрессивен, можно лишь в том случае, если в течение не менее чем 6 месяцев в его поведении проявлялись хотя бы 4 из перечисленных признаков.

Кроме того, с целью выявления агрессивности у ребёнка можно использовать специальную анкету, разработанную российскими психологами Г.П. Лаврентьевой и Т.М. Титаренко.

 

Агрессивность

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Агрессивность

Латинское слово “агрессия” означает “нападение”, “приступ”. В психологическом словаре приводится следующее определение:

Агрессия – деструктивное поведение, противоречащее нормам и правилам существования людей в обществе, приносящее физический или моральный ущерб людям, или вызывающее у них психологический дискомфорт”.

Причины появления агрессии у детей могут быть самыми разными. Возникновению агрессивных качеств способствуют некоторые соматические заболевания или заболевания головного мозга. Огромную роль играет воспитание в семье, причём с первых дней жизни ребёнка.
Исследования доказали, что в тех случаях, когда ребёнка резко отлучают от груди, и общение с матерью сводят к минимуму, у детей формируются такие качества, как тревожность, подозрительность, жестокость, эгоизм.
И наоборот, когда в общении с ребёнком присутствуют мягкость, ребёнок окружён заботой и вниманием, эти качества не вырабатываются.
На становление агрессивного поведения большое влияние оказывает характер наказаний, которые обычно применяют родители в ответ на проявление гнева у своего чада.
В таких ситуациях могут быть использованы 2 полярных метода воздействия: либо снисходительность, либо строгость.
Как ни парадоксально, агрессивные дети одинаково часто встречаются и у слишком мягких родителей, и у чрезмерно строгих.
Педагогические наблюдения показали, что родители, резко подавляющие агрессивность у своих детей, вопреки своим ожиданиям не устраняют это качество, а напротив взращивают его, развивая, в своем сыне или дочери чрезмерную агрессивность, которая будет проявляться даже в зрелые годы.
Ведь всем известно, что зло порождает только зло, а агрессия – агрессию.
Если родители вовсе не обращают внимание на агрессивные реакции ребенка, то он скоро начинает считать, что такое поведение дозволено, и одиночные вспышки гнева незаметно перерастают в привычку действовать агрессивно.
Только родители, которые могут находить разумный компромисс, “золотую середину”, могут научить своих детей справиться с агрессией.

Портрет агрессивного ребёнка.

Почти в каждом коллективе детей, подростков встречается хотя бы один с признаками агрессивного поведения. Он нападает на остальных, обзывает их, намеренно употребляет грубые выражения, т.е. становится “грозой” всего коллектива. Этого ершистого, драчливого, грубого ребёнка трудно принять таким, какой он есть, а ещё труднее понять.
Однако, агрессивный ребёнок, как и любой другой, нуждается в ласке и помощи взрослых, потому, что его агрессия – это, прежде всего, отражение внутреннего дискомфорта, неумения адекватно реагировать на происходящие вокруг него события.
Агрессивный ребёнок часто ощущает себя отверженным, никому не нужным. Жестокость и безучастность родителей приводит к нарушению детско-родительских отношений и вселяет в душу ребёнка уверенность, что его не любят.
“Как стать любимым и нужным” – неразрешимая проблема, стоящая перед ребёнком. Вот он и ищет способы привлечения внимания взрослых и сверстников. К сожалению, эти поиски не всегда заканчиваются так, как хотелось бы нам и ребёнку, но как сделать лучше – он не знает.
Вот как описывает известный детский психолог Н.Л. Кряжева поведение этих детей:
“Агрессивный ребёнок, используя любую возможность, стремится разозлить маму, учителя, сверстников; он не успокоится до тех пор, пока взрослые не взорвутся, а дети не вступят в драку”.
Родителям и педагогам не всегда понятно, чего добивается ребёнок и почему он ведёт себя так, хотя заранее знает, что со стороны детей может получить отпор, а со стороны взрослых – наказание.
В действительности, это порой лишь отчаянная попытка завоевать своё “место под солнцем”.
Ребенок не имеет представление, как другим способом можно бороться за выживание в этом странном и жестоком мире, как защитить себя.
Агрессивные дети часто подозрительны и настороженны, любят перекладывать вину за затеянную ими ссору на других. Такие дети часто не могут сами оценить свою агрессивность, они не замечают, что вселяют в окружающих страх и беспокойство. Им, наоборот, кажется, что весь мир хочет обидеть именно их. Таким образом, получается замкнутый круг: агрессивные дети боятся и ненавидят окружающих, а те в свою очередь, боятся их.
Проводя мини-опрос среди младших школьников нашего лицея, опрос проводился с целью выяснения, как они понимают агрессивность.
Вот какие ответы дали агрессивные и неагрессивные дети:

 

Понимание агрессивности младшими школьниками.

1. Каких людей ты считаешь агрессивными?

 

Ответы агрессивных детей

Ответы неагрессивных детей

Маму, папу, потому что они ругаются, бьют, дерутся (50% опрошенных)

Индейцев, бандитов, охотников, потому что они убивают людей и животных. (80%)

2. Как бы ты поступил, если бы встретился с агрессивным ребенком?

Ответы агрессивных детей

Ответы неагрессивных детей

Начал (а) бы драться: ударил (а), обрызгал (А) бы, испачкал (а) бы

Прошел бы мимо, позвал на помощь знакомых, ушел бы, убежал.

3. Считаешь ли ты себя агрессивным?

Ответы агрессивных детей

Ответы неагрессивных детей

Нет

Нет

То есть видно, что у агрессивных детей количество реакций даже на стандартные ситуации очень ограниченно. Чаще это защитные реакции. К тому же дети не могут посмотреть на себя со стороны и адекватно оценить свое поведение.
Таким образом, дети часто перенимают агрессивные формы поведения у родителей.

 

 

«Шпаргалка для взрослых или правила работы с агрессивными детьми»

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

«Шпаргалка для взрослых или правила работы с агрессивными детьми»


1. Быть внимательным к нуждам и потребностям ребенка.

2. Демонстрировать модель неагрессивного поведения.

3. Быть последовательным в наказаниях ребенка, наказывать за конкретные 
поступки.

4. Наказания не должны унижать ребенка.

5. Обучать приемлемым способам выражения гнева.

6. Давать ребенку возможность проявлять гнев непосредственно после
фрустрирующего события.

7. Обучать распознаванию собственного эмоционального состояния и
состояния окружающих людей.

8. Развивать способность к эмпатии.

9. Расширять поведенческий репертуар ребенка.

10. Отрабатывать навык реагирования в конфликтных ситуациях.

11. Учить брать ответственность на себя.

Однако все перечисленные способы и приемы не приведут к положительным изменениям, если будут иметь разовый характер. Терпение и внимание к ребенку, его нуждам и потребностям, постоянная отработка навыков общения с окружающими — вот что поможет наладить взаимоотношения.

 

Диагностика уровня сформированности толерантности у старшеклассников

УГОЛОК ПСИХОЛОГА Добавить комментарий   

Диагностика  уровня сформированности толерантности у старшеклассников

 Вам будет предложен ряд высказываний: пожалуйста, прочитайте их и определите, насколько Вы согласны или несогласны с ними. Оценить степень Вашего согласия или несогласия можно следующим образом:

 

2

сильное согласие

(конечно, да)

1

слабое согласие

(скорее да, чем нет)

0

ни да, ни нет

 

-1

слабое несогласие

(скорее нет, чем да)

-2

сильное несогласие

(конечно, нет)

 

Постарайтесь быть искренними. Свои оценки Вы можете записывать напротив порядкового номера утверждения анкеты. Спасибо!

Вопросы

 

  1. Группа, в которой существует много разных мнений, не сможет долго существовать.
  2. Цивилизованные страны, как, например, Россия, не должны помогать народам Африки: пусть сами решают свои проблемы.
  3. Хорошо, что меньшинство может свободно критиковать решения большинства.
  4. Дети из более богатых семей не должны иметь права учиться в особых школах, даже за свои собственные деньги.
  5. Было бы правильнее содержать приезжих из отсталых южных стран в специально отведенных районах и обучать в отдельных школах, чтобы ограничить их контакты с остальными людьми.
  6. Вид молодого человека с бородой и длинными волосами неприятен для всех.
  7. Маленькие народы, проживающие в нашей стране, должны иметь право без ведома российских властей устанавливать у себя некоторые особые законы, связанные с их обычаями и традициями.
  8. Всех бомжей и попрошаек необходимо вылавливать и силой принуждать к работе.
  9. Люди не созданы равными: некоторые из них лучше, чем остальные.

10.  Несправедливо ставить людей с темным цветом кожи руководителями над белыми людьми.

11.  Внешний вид представителей небелой расы является хотя бы в чем-то, но отклонением от нормы.

12.  Истоки современного терроризма следует искать в исламской культуре.

13.  Улучшать районы проживания бедноты - это бесполезная трата государственных денег.

14.  Евреи - такие же полезные для общества граждане, как и представители любой другой национальности.

15.  Даже самые странные люди с самыми необычными увлечениями и интересами должны иметь право защищать себя и свои взгляды.

16.  Хотя темнокожие люди и отстают от белых в экономическом развитии, я уверен(а), что между двумя расами не существует никаких различий в умственных способностях.

17.  Человека, который любит другую страну и помогает ей больше, чем своей, необходимо наказывать.

18.  Мы не должны ограничивать въезд в наш город представителей других народов.

19.  Это несправедливо, что выходцы из азиатских или африканских стран, даже если станут гражданами России, не могут получить хорошую работу или занять высокую государственную должность наравне с другими.

20.  Все чеченцы по своей натуре одинаковы.

21.  Если учесть все «за» и «против», то надо признать, что между представителями различных рас существуют различия в способностях и талантах.

22.  Когда я вижу неопрятных, неряшливых людей, меня это не должно касаться - это их личное дело.

23.  Есть нации и народы, которые не заслужили, чтобы к ним хорошо относились.

24.  Мне трудно представить, что моим другом станет человек другой веры.

25.  То, что люди в нашей стране придерживаются разных и даже иногда противоположных взглядов, - благо для России.

26.  Меня раздражают писатели, которые используют чужие и незнакомые слова.

27.  Человека надо оценивать только по его моральным и деловым качествам, а не по его национальности.

28.  Истинной религией может быть только одна религия.

29.  Человек, совершивший преступление, не может серьезно измениться к лучшему.

30.  То, что Россия - многонациональная страна, обогащает ее культуру.

31.  Человек, который со мной не согласен, обычно вызывает у меня раздражение.

32.  Я четко знаю, что хорошо, а что плохо для всех нас, и считаю, что и другие также должны это понять.

33.  Мужа (жену) лучше выбирать среди людей своей национальности.

34.  Мне хотелось бы немного пожить в чужой стране.

35.  Все те, кто просит милостыню, как правило, лживы и ленивы.

36.  Человек другой культуры, с другими обычаями, привычками пугает или настораживает окружающих.

37.  Все виды ущемления прав по национальному признаку должны быть объявлены незаконными и подвергаться суровому наказанию.

38.  Очень важно защищать права тех, кто в меньшинстве и имеет непохожие на других взгляды и поведение.

39.  Нашей стране необходимо больше терпимых людей - таких, кто ради мира и согласия в обществе готов пойти на уступки.

40.  Любой межнациональный конфликт можно разрешить путем переговоров и взаимных уступок.

41.  Люди другой расы или национальности может, и являются нормальными людьми, но в друзья я предпочел бы их не брать.

42.  Большинство преступлений в нашем городе совершают приезжие.

43.  Стране станет легче, если мы избавимся от психически больных людей.

44.  Идти на уступки - это значит проявлять слабость.

45.  Власти должны запретить доступ в нашу страну беженцам из экономически отсталых государств, так как их приток увеличивает уровень преступности

 
 

Обработка и интерпретация результатов

 За оценку каждого утверждения респондент получает определенный балл. Если он оценивает какое-либо утверждение знаком

«2», то получает 2 балла,

«1», то 1 балл,

если «0», то 0 баллов,

«-1», то -1 балл,

«-2», то -2 балла.

 

Результаты получаются путем сложения баллов с учетом знака.

При этом в ответах на вопросы:

v  3, 7, 14, 15, 16, 18, 19, 22, 25, 27, 30, 34, 37, 38, 39, 40 знак не меняется;

v  1, 2, 4, 5, 6, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 17, 20, 21, 23, 24, 26, 28, 29, 31, 32, 33, 35, 36, 41, 42, 43, 44, 45 знак меняется на противоположный.

 

 Подсчитав баллы, можно подвести некоторые итоги. Баллы:

от -90 до -45 отражают высокий уровень развития интолерантности;

от -45 до 0 - отражают невысокий уровень интолерантности;

от 0 до 45 -  отражают невысокий уровень толерантности;

от 45 до 90   - отражают высокий уровень толерантности.

Администрация сайта не несёт ответственности за размещаемый пользователями контент.